Главная » 2019 » Май » 4 » История клана Мац1ар-некъи из тайпа Ваштарой
00:52
История клана Мац1ар-некъи из тайпа Ваштарой

У Сохурова Сиддика было трое сыновей – Уг1уш, Мацар и Абст

У Уг1уша было десять сыновей и двенадцать дочерей от четырех жен.

Уг1уш и Абст проживали в Дачу-Борзое, а Мацар – в Улус-Керте.

Были они людьми зажиточными и состоятельными. Кроме того, были они для своего времени и людьми грамотными, по своему образованными, поскольку владели, помимо родного языка, еще и арабским и русским языками.

После пленения имама Шамиля и окончания Кавказской войны Абст исполнял должность старшины селения Дачу-Борзой (к сожалению, перстень с его именной печатью потерян потомками в ходе известных событий, связанных с военными действиями последнего времени на территории Чечни).

У Абста был единственный сын – Габаз, который тоже имел единственного сына – Зайнди, у которого родилось трое сыновей: Мовлди, Айнди и Зайнди.

У Мацара, проживавшего в селении Улус-Керт, также было трое сыновей – Солсбек, Алсбек и Солтамурд.

Солсбек Мацаров, мой прадед, был очень достойным и уважаемым в обществе человеком. Такими же достойными и уважаемыми выросли и трое его сыновей – Якуб, Тимарсолт и Баудди (двое других его сыновей – Эдилсолт и Хасан рано умерли). Даже внешне в толпе они резко выделялись – высокие (под два метра ростом), стройные. Ни одно важное событие, касавшееся улус-кертского общества, не обходилось без их участия, будь то разрешение спорных земельных вопросов или улаживание каких-то бытовых конфликтов.

Записано от Мутаева Салмана, 1931 г. р., жителя с. Улус-Керт (записано 05. 01. 2019 г.), со слов его отца Мути:

«Когда мне (Мути) было около 17 лет, в Улус-Керте объявили тревогу и собрали всех мужчин от 15 до 70 лет. Все вооружились кто как мог и направились к границам с чермоевцами. Во главе их находился Якуб Мацаров, который несмотря на то, что ему было где-то лет тридцать, был уже уважаемым человеком и, к тому же, имамом в своем родном селении.

Подойдя к берегу реки Ваштар, за которым стояла немалая толпа жителей селения Сельментаузен, Якуб велел всем оставаться на месте, затем позвал своего брата Баудди, и, несмотря на все отговоры не ходить к ним в одиночку, направился вдвоем со своим братом навстречу этой толпе через реку.

Среди собравшихся чермоевцев находился какой-то чин с высоким офицерским званием («инарла» – генерал). Завязался спор. Иногда спор переходил на повышенные тона. Но в итоге пришли к определенному соглашению. Баудди подошел к нам и назвал имена трех человек, среди них было и мое имя (Мута). Остальным сказали возвращаться домой, и те, не задавая лишних вопросов, повернули обратно. Мы направились к Мокха-Iин и, протянув цепь, установили границу между нашими (ваштарой) и чермоевскими землями».

Записано со слов Висангириева Супьяна:

«В 1914 году в Улус-Керте был объявлен общий сбор мужчин. Причина была в том, что келой, которые построили в наших лесах хутор Нуй, опять нарушили соглашение и полезли на наши земли. По прямому указанию Якуба Мацарова, разломали изгороди на занятых самозахватом землях, были потравлены сделанные на них посевы кукурузы с фасолью, а скот отогнан назад. Сопровождалось это небольшими драками и потасовками».

Старший сын Солсбека – Якуб был имамом селения Улус-Керт. Был он человеком хорошо известным в ближайшей округе – Дачу-Борзое, Сельментаузене, Дуцхоте и т. д. Баудди исполнял должность старшины в своем родном селе.

Якуб поддерживал тесные отношения с известным богословом и шейхом Юсупом-хаджи из Махкетов, который был также и его духовным учителем (устазом). Он же выдал за Якуба свою родственницу в жены.

Мой отец, Матура Якубов, хорошо помнил посещения Юсупом-Хаджи отцовского дома, хотя было ему всего 6-7 лет. По воспоминаниям Матура, Юсуп-хаджи был в то время в очень преклонных годах, лет под сто уже.

К концу 1920-х гг. советская власть стала закручивать гайки, усилив репрессивный аппарат на местах. Одними из первых подверглись репрессиям идеологические враги новой безбожной власти – представители мусульманского духовенства. Аресту подвергся не только Якуб, но и его брат Тимарсолт. Баудди, оставив не по доброй воле свою семью, пошел против советской власти, уйдя в абреческий отряд, который возглавлял внук Юсуп-Хаджи Хусейн.

Вскоре Северный Кавказ, и Чечня, в частности, стали первым в стране советов пробным полигоном для очередного грандиозного социального эксперимента новой власти – сплошной коллективизации страны. Людей стали насильно загонять в колхозы, лишая их нажитого с трудом на протяжении многих поколений. По сути это было возрождение крепостного строя, только в новой идеологической обертке.

На третий день после ареста Якуба и Тимарсолта, власти под предлогом раскулачивания, забрали с их двора все, что можно было забрать.

В результате всего этого произвола властей мой одиннадцатилетний отец Матура остался в селе старшим в нашем роду мужчиной – двое его братьев (Салман и Яраги) и три сестры были младше него, сын Тимарсолта Сайдар девяти лет и дочка Баудди Дети. Несмотря на все просьбы жены Якуба, что ей детей кормить будет нечем, изверги последнюю дойную корову забрали. Пытавшегося заступиться Матуру ударом в лицо отшвырнули на землю. Впрочем, в тот день раскулачиванию подверглись и многие другие жители Улус-Керта. Но абреки, с которым был Баудди, перестреляли в дороге мародеров в госмундирах и вернули сельчанам их добро. Однако на некоторое время, оставшееся семейство от греха подальше переехало в Старые Атаги, где их временно приютили родственники мужа тети Матуры. Спустя непродолжительное время они вернулись домой, в Улус-Керт.

Все это время тайно помогал выжить своей родне скрывавшийся в лесах абреком Баудди.

Односельчане до сих пор рассказывают, как два рьяных представителя новой власти залезли на крышу мечети в Улус-Керте, чтобы разобрать ее для строительства здания сельсовета. Оказавшийся каким-то образом рядом Баудди застрелил того, который был на крыше, а второму, который в это время принимал снизу черепицу с крыши, удалось сбежать и спрятаться. Первый, кого Баудди удалось застрелить, скатился с крыши и зацепился за выступ балки и повис. Так и висел он до следующего дня, пока не пришел отряд милиции, головой вниз и никто его не снимал оттуда, так сильна была ненависть к этим представителям бесчеловечной и безбожной власти.

За год до выселения вернулся домой из каторги дядя Матура Тимарсолт, но вернулся он очень немощным и больным человеком. О брате своем, Якубе, он ничего не знал, поскольку после заключения в тюремную камеру он его больше не видел и не слышал. Но Матура все равно был очень рад его возвращению, что хоть кто-то из старших дома.

Но… Вскоре настал трагичный для всех чеченцев февраль 1944 года. Как рассказывал отец, в их дом подселили четырех солдат, также солдаты были расквартированы по домам и других сельчан. В ночь с 22 на 23 февраля скончался тяжелобольной Тимарсолт, а наутро всех жителей села начали выгонять из домов солдаты, которых они почти целую неделю кормили и поили. Бездыханное тело Тимарсолта так и осталось лежать дома…

В 1971 году из мест заключения вернулся Хусейн, внук Юсуп-хаджи, к отряду которого примкнул Баудди. Вскоре Матура поехал к нему, чтобы узнать о судьбе своего дяди. Хусейн рассказал ему, что после выселения чеченцев Баудди вернулся в родное село и похоронил своего брата Тимарсолта. О дальнейшей судьбе Баудди Хусейн ничего не знал, поскольку был арестован в 1946 году как немецкий шпион и диверсант и осужден на 25 лет лагерей…

Семнадцатилетним юношей Матура попал в Киргизскую ССР, в поселок Токмак. Через два года умерла его мать. Матура, как старший в роде, став через несколько лет на ноги, стал вместе с братом Салманом искать своих братьев и сестер, которых разбросали в разные детдома – детей спецпереселенцев младше десяти-двенадцати лет, оставшихся без опеки родителей, насильно распределяли в эти сиротские приюты. Через годы долгих поисков ему удалось собрать всех своих братьев и сестер под одной крышей. Своей крышей. Попутно нашел во Фрунзе и вернул родным из детдома Макаева Джамалайла.

К тому времени Матура не только обзавелся семьей, но и выбрал духовную стезю жизненного пути, подобно своему отцу Якубу.

По возвращении домой у него было уже пятеро сыновей. В Улус-Керте от родительского дома не осталось ничего – ни кола, ни двора. Пока не будет крыши над головой, решили остановиться в старинном и большом селе Старые Атаги, где их приняла семья зятя, приехавшего из высылки раньше и уже успевшего обустроиться. Братья Матура и Салман обзавелись здесь участками и начали строиться. Но староатагинцы встретили чужака вначале не очень дружелюбно. Тем не менее, Матура здесь прочно обосновался и пустил корни – здесь у него родились еще четверо сыновей и четыре дочери.

У Салмана, который рано ушел из жизни в 1980 году, родились здесь три сына – Хамзат, Иса и Али.

Брат Матура Яраги и его двоюродный брат (сын Тимарсолта) Сайдар закончили образование по специальностям в Ленинграде. Яраги дослужился до начальника отдела пожарной службы Грозненского района и вышел на пенсию в звании майора. Стал председателем сельсовета в с. Улус-Керт. В первую чеченскую кампанию потерял единственного сына Адама. Сайдар стал известным врачом-офтальмологом в Москве, и ушел из жизни не оставив наследников.

В конце 1980-х гг. Матура Якубов стал имамом в своем родовом селе Улус-Керт. В последние годы большую часть времени проводил в родном Улус-Керте, где сыновья отстроили ему дом на родовом участке, и где он открыл школу по чтению Корана. Ушел из жизни Матура в 2002 году, в возрасте 74 лет, оставив о себе добрую память у людей достойных и знавших его близко.

Конечно, были и люди, которые боялись и ненавидели Матура. За его честность, порядочность, бескомпромиссность. Даже, и в первую очередь, эти качества ярче всего проявлялись в отношениях со своими же близкими. Вот несколько эпизодов, которые характеризуют его как человека и отношение к нему людей.

Однажды он в качестве муллы улаживал процесс заключения брака сына Салмана Мутаева. Закончив всю процедуру по исламским канонам Матура вышел на улицу. Сосед Салмана, который тоже стоял на улице, с ехидцей спрашивает: – А ты по какому праву проводишь подобные мусульманские обряды? Матура: – Я же являюсь имамом села. Кто же, если не я? Сосед: – А ты еще что-то умеешь? Матура: – Все, что необходимо имаму. Сосед: – А скажи-ка, имам, почему тебя многие недолюбливают? Матура: – Настоящих мужчин большинство всегда недолюбливает потому, что в лицо им что-то сказать бояться, а гадить могут только за их спиной.

В этот момент выходит сын этого соседа и спрашивает, в чем дело. Увидев Матура он говорит: - Да, Матура, когда в селе волк появляется собаки начинают лаять («Юьрта борза еъча жIалеш лета дуьйлало»). Матура взглянул с сына на отца и сказал: – Вот тебе и ответ на все твои вопросы.

Еще одна история, связанная с Матура, произошедшая в Токмаке во время выселения. Сын Умы Макаева Каташ был убит во время драки одним шалинцем. На мировую Ума не шел, а время шло… Но однажды, Матуре Якубову со своими друзьями Абдулой Бараевым (из Дуба-Юрта) и Абу Ханукаевым (из Чишки) удалось подкараулить кровника Умы Макаева, за которым они долго охотились, и схватить его. Связанного привезли в дом Умы Макаева убийцу его сына, положили перед ним и сказали: – Вот убийца твоего сына, – и ушли.

Сам Матура Якубов был человек, строго следовавший предписаниям ислама. Но, двое его друзей нарушали их иногда в веселой и дружеской кампании. Когда люди стали упрекать: – Матура, вот ты, такой богобоязненный, стараешься праведный образ жизни вести, а между тем друзья у тебя пьющие, – он ответил: – Пить они оставят рано или поздно, но их мужество и благородство всегда с ними останутся («Малар цара дуьтур ду, къонахал цаьргахь йуьсур ду»).

Сайд-Магомед Якубов в настоящее время продолжает нелегкий путь, которым шли его отцы, – изучает исламскую теологию, участвует в разборе спорных вопросов, связанных с проблемами членов его тайпа. Его сыновья продолжают путь своих предков, изучая богословие, и, нет сомнения, что они будут достойными своих славных предков.

Сулейман Демалханов

2019 г.


Ссылки:

Сог1ур гар

Матура Якубов

Салавди Солтаев

Сайд-Мохьмад Якубов

Просмотров: 89 | Добавил: i_balaev
Всего комментариев: 0
avatar